17-07-2019

Экономист: Почему ЗСТ с Израилем не принесет нам много пользы

Украина практически завершила процесс создания зоны свободной торговли с Израилем.

11 июля наш парламент ратифицировал соответствующее соглашение, до этого подписанное правительством в январе этого года. За проголосовали 230 нардепов.

Среди базовых условий: Израиль отменяет ввозные пошлины на 80% украинских товаров в промышленном сегменте и всего лишь на 9% - в аграрном. Украина действует несколько ассиметрично: отмена 70% импортных пошлин на израильские промышленные товары и 6% пошлин – на сельскохозяйственные.

После того как соглашение ратифицирует израильский парламент - Кнессет, оно вступает в силу в течение 60 дней с указанной даты.

Данное событие осталось практически незамеченным на фоне процедуры экзорцизма в исполнении президента по изгнанию "бориспольского черта" (с ударением на "а"), а также эпичной сценки поверженья "таможенных басаврюков". Последние, правда, лишь удалились в "декретный отпуск", но этот так, мелочи.

Предыдущая власть была озабочена созданием вокруг Украины целого пояса бессмысленных договоров о ЗСТ. Речь не идет о соглашении с ЕС, в первую очередь мы имеем в виду такие "прожекты", как зона свободной торговли с Албанией, вхождение в Европейскую ассоциацию свободной торговли (ЕАСТ), где остались лишь Исландия, Норвегия, Швейцария и Лихтенштейн. Не менее эпично звучало и присоединение к соглашению Пан-Евро-Мед. О ЗСТ с Канадой и вовсе умолчим, ведь главный мотиватор заключения оного – это возможность для некоторых высших чиновников за "халявный" бюджетный счет наведаться к дочуркам и внучкам, которые любят Украину из комфортабельных таунхаусов в Торонто. То, что после заключения ЗСТ с Канадой вырос наш торговый дефицит во взаимной торговле, – не беда. Товарные объемы все равно мизерные, и смысла в соглашении не было ни до, ни после его заключения.

ЗСТ с Израилем в этой череде "эпик-фейлов" стало неплохим исключением из общего правила. Любые торговые соглашения с более развитыми странами нужно просвечивать сквозь сито своего национального интереса. Как правило, они всегда заинтересованы в открытии товарных и финансовых рынков, но никогда не идут на раскрытие рынка труда. Здесь все закономерно: их товары более конкурентоспособны, их компании могут получать эффект от масштаба в виде экономии издержек, их валюты более сильные, а финансовые рынки на порядок капитализированнее. То есть эти страны заведомо победят, даже устанавливая диспропорцию в уровне отмены таможенных пошлин. Фора в 10-20%, которую они дают таким странам, как Украина, отменяя, например, 80% пошлин и соглашаясь на встречное аннулирование 70%, легко отыгрывается ими в первые же годы функционирования зоны свободной торговли. У развивающихся стран есть преимущество в виде более дешевой рабочей силы, но здесь никаких общих правил, лишь временное трудоустройство, которое даже в таком ограниченном формате обескровливает рынок труда менее развитых соседей. 

В свое время президент США Дональд Трамп дал универсальный рецепт повышения внешнеэкономической эффективности для любой страны: заключать соглашения о создании ЗСТ с теми странами, с которыми зафиксирован профицит внешней торговли, и разорвать соглашения с теми странами, где торговля дефицитна. Или, в крайнем случае, пересмотреть их.

Так уже сложилось исторически, что у нас как раз все с точностью до наоборот: с теми странами, у которых мы покупаем товаров больше, чем им продаем, у нас подписаны соглашения о ЗСТ, а с теми, где наш экспорт превышает импорт, – нет.

То, насколько страна правильно выстраивает систему своих зон свободной торговли, лучше всего характеризует ее международную субъектность. Как правило, страны с пониженным фактором суверенности "попадают" в капканы невыгодных для них торгово-экономических зон, где их отжимают, как сырьевую "губку". Ну а экономики, ценящие свою субъектность, сами навязывают условия международной торговли более слабым партнерам.

В случае с Израилем Украина имела уникальный шанс найти совершенно иной формат сотрудничества. Для этого необходимо было применить самые базовые инструменты стратегического планирования, например стандартный SWOT-анализ, выявив сильные/слабые стороны соглашения ЗСТ, его риски для нас и потенциальные возможности.

Самая сильная сторона Израиля заключается в его глобальных аффилированных связях с крупнейшими экономиками мира и в наличии высокоразвитого инновационного компонента. В обозримом будущем Израиль будет в топе. В американском и, следовательно, мировом. И для нас, учитывая исторические реминисценции, открываются уникальные возможности по использованию тесных взаимосвязей с Израилем для развития своей экономики и ее системной перезагрузки. Экономический успех Израиля опирается на несколько "китов": успешная интеграция в глобальные цепочки добавленной стоимости, один из самых высоких показателей прямых иностранных инвестиций, значительный удельный вес внутренних расходов на медицину, образование и науку, следствием чего является появление "живых" инноваций, а не "парниковых" в виде государственных инновационных центров.

Сильная сторона сотрудничества с такой страной – это возможность включиться в формируемые там цепочки инноваций. Слабая – это небольшой удельный вес нашего торгового оборота.

Среди рисков – угроза попасть в парадигму сырьевого "младшего брата" и экспортера рабочей силы. Среди возможностей – использование особых торговых отношений с Израилем в качестве развития инновационного потенциала украинской экономики.

Следовательно, заключая любые экономические соглашения с Израилем, необходимо находить скрытые точки роста, минимизировать свою сырьевую отсталость и максимизировать любые возможности по наращиванию добавочной стоимости и инновационного потенциала внутреннего продукта.

Соглашение, которое заключает Украина с Израилем, лишь отчасти отвечает заданным требованиям.

Динамика товарооборота между Украиной и Израилем в 2018 году

По итогам 2018 года экспорт Украины в Израиль составил 580 млн долл. (95,9% от уровня предыдущего года, то есть падение), а импорт – 212,6 млн долл. (рост на 26,7%). Позитивное сальдо для нас достигло 367,4 млн долл. Но данный торговый оборот чрезвычайно мал в общей структуре: 1,23% от нашего общего экспорта и 0,37% от общего импорта Украины. То есть, даже если заключение ЗСТ принесет удвоение торговых показателей, это все равно будут сотни миллионов и не более 2% от общего международного товарооборота нашей экономики. Это слабая сторона SWOT-анализа.

В топ-4 лучших позиций нашего экспорта: продукция сельского хозяйства и переработка (336 млн долл.), металлы (199 млн), древесина (17 млн), то есть чистое сырье. Поставки оборудования составляют лишь 12 млн.

В топе израильского импорта – химическая продукция (79 млн), пластмассы (15 млн), оборудование (24 млн), то есть товары с высоким уровнем добавочной стоимости. Плюс 31 млн долл. – товары в портах, как свидетельство того, что Израиль очень выгодно для себя использует портовые зоны свободной торговли. Продукция сельского хозяйства и топливо составляют всего 11 и 21 млн долл. соответственно.

Учитывая указанную выше структуру, риск превращения в сырьевой придаток для нашей страны достаточно велик.

А как же с возможностями и сильными сторонами SWOT-анализа?

Украина экспортирует в Израиль услуг на 197 млн долл., и они растут на 1,7% в год, в то время как поставки товаров снижаются. В общем удельном весе экспорт услуг в Израиль составляет 1,7%. Импорт услуг из той страны составил в 2018-м 43 млн (0,8% от общего объема), то есть положительное сальдо в нашу пользу (154 млн долл.).

Более всего профицитно для нас направление экспорта услуг ИТ: + 91 млн и рост на 7,2% в год. Это и есть наша сильная сторона и наиболее реальная возможность по формированию новой точки роста во взаимных экономических отношениях. Вот только для этого нужен несколько иной пакет экономических соглашений.

В соответствии с договоренностями между Украиной и Израилем планируется практически воссоздать торгово-экономическую модель, которая уже действует между нашей страной и ЕС. Это стандартный торговый трафарет, который, к сожалению, в полной мере не учитывает инновационные возможности дальнейшего сотрудничества. В чем он состоит?

Как правило, та страна, которая сильнее экономически развита, раскрывает свой рынок более глубоко, чем ее недостаточно развитый партнер. На данный момент ВВП в Израиле на душу населения составляет 35-37 тыс. долл. в год, в то время как у нас данный показатель колеблется на уровне чуть более 3 тыс. долл., то есть экономические потенциалы двух стран можно оценить как 10:1. Предполагается, что Израиль откроет свой рынок на 80%, а Украина - на 70%.

Казалось бы, преимущество на нашей стороне, но фора в 10% не компенсирует наше экономическое отставание. По большей части промышленных товаров Украина получает беспошлинную торговлю; проблема заключается лишь в том, что у нас их практически нет. Зато по продуктам питания беспошлинная торговля осуществляется лишь в рамках обозначенных квот. В то же время Украина обязалась снизить пошлины на израильские овощи и фрукты. График обнуления пошлин растянут на семь лет. В общем, обычная классика, точно такая же торговая модель заложена в соглашение о ЗСТ между Украиной и ЕС.

Но это все, можно сказать, позапрошлый век торгового взаимодействия. Израиль это в принципе устраивает, он не боится усиления на рынке промышленных товаров со стороны украинских производителей, поэтому и открывает для них зеленый свет, прекрасно понимая, что предложить нам практически нечего.

С другой стороны, подпускать нас к чему-то инновационному там тоже не спешат. Поэтому намного проще открыть рынок для украинского сырья: завозить дешевое зерно, "семечку", металл и уже из всего этого делать свою продукцию машиностроения, пищевой промышленности, фармацевтики и поставлять ее нам.

Но если заглянуть на несколько лет вперед, Украине нужно получить доступ не так на рынок товаров, как на рынок услуг и инвестиций Израиля и в первую очередь в части развития системы стартапов. Попасть в израильскую экосистему инноваций – это сродни счастливому лотерейному билету, ведь, по данным Startup Genome, эта страна занимает второе место в мире по инновационному развитию после Кремниевой долины в США.

Таким образом, с такой страной, как Израиль, совершенно бессмысленно заключать стандартное соглашение о ЗСТ, точнее сказать, оно не принесет сколько-нибудь значимого эффекта. Израилю нужно предложить принципиально иное соглашение о создании особой зоны экономического сотрудничества в секторе услуг, инвестиций и инноваций, полностью освободив от налогов и любых валютных ограничений совместные инновационные проекты и стартапы. Украина обладает колоссальным человеческим капиталом и на сегодняшний день превращается еще и в поставщика "цифрового сырья", пик которого уже пройден, и в ближайшие пять-десять лет данное направление ожидает неминуемый спад.

В то же время мы практически не используем свой инновационный потенциал для привлечения венчурных инвестиций и создания стартапов, привлекательных для иностранных покупателей. А Израиль в этом плане будет для нас интересен и как мост в Кремниевую долину (США): американские компании являются основными игроками на тамошнем рынке стартапов.

Кроме того, формирование зоны порто-франко в украинских черноморских портах могло бы создать дополнительный торговый мост и со средиземноморскими портами Израиля.

На данный момент есть риск превращения соглашения о создании ЗСТ с Израилем в очередную "Канаду", то есть единственным результатом для нас станет проникновение на украинский внутренний рынок более качественных израильских потребительских товаров.

Как изменить эту торговую парадигму сырьевого придатка? Хороший пример в развитии своего экспортного потенциала дают страны Южной Америки.

Так, чилийский экспорт вырос за последние годы в несколько раз. Причем ставка делается именно на нестандартные направления экспорта, когда Чили внезапно выходит на второе место в мире после Норвегии по мировым продажам лосося. Поддержка чилийских экспортеров осуществляется Корпорацией развития промышленности (La Corporación de Fomento de la Producción, CORFO) и Государственным банком Чили (Banco del Estado de Chile). Организационные методы стимулирования экспорта и вопросы информационной поддержки координирует государственная организация "ПроЧили". Основной акцент делается на малые и средние предприятия с объемами экспорта до 30 млн долл. в год.

Среди инструментов стимулирования стоит выделить:

1) Частичное возмещение процентной ставки по кредиту и его тела в случае невозврата (до 50% задолженности).

2) Долгосрочное кредитование иностранных компаний – покупателей продукции местных экспортеров в линейке товаров длительного пользования, инвестиционных товаров и инжиниринговых услуг. Кредитные линии открываются для иностранных покупателей местной продукции на срок от 1 до 10 лет с льготным периодом в 30 месяцев.

3) Кредитование закупок импортного оборудования и технологий для производства товаров нетрадиционного экспорта на срок от 6 месяцев до 8 лет с льготным периодом в 18 месяцев.

4) Предоставление гарантий по кредитам, выданных микро-, малым и средним предприятиям-экспортерам на обновление основных средств. Гарантия покрывает от 50 до 80% тела кредита и выдается на срок 1-10 лет за счет средств специального государственного фонда.

5) Государственные субсидии, покрывающие 80% затрат МСБ на консультационные услуги и маркетинговые исследования.

Кроме того, экспортеры нетрадиционных видов продукции получают существенные налоговые льготы. Благодаря данной модели создаются предпосылки для наращивания экспорта с высоким уровнем добавочной стоимости.

Украина пока еще способна активно применять синтезированную модель развития своего экономического потенциала, когда грамотный внутренний протекционизм совмещается с усилением нетрадиционных направлений экспорта, в основном в сегменте малого и среднего бизнеса, что не исключает развитие и крупных корпораций. Для этого нужно лишь несколько предпосылок и для начала перестать уничтожать свой бизнес, и изменить монетарную политику в сторону реального сектора экономики. А дальше инвестиции и частная инициатива сделают свое дело лучше любого чиновника.

Соглашение о создании ЗСТ с Израилем может стать хорошей ступенью для перехода наших стран к новому формату сотрудничества. Главное не воспринимать написанное на бумаге как универсальный ключ, который запустит двигатель отечественной экономики. Как показывает опыт соглашения о создании ЗСТ с ЕС, ни один международный рамочный документ не избавит нас от необходимости искать свою нишу в мировых цепочках добавочной стоимости и вовремя выполнить домашнее задание по созданию качественной экономической среды внутри страны. Пока же, как говорил физик Нильс Бор, "Эта идея недостаточно безумна, чтобы быть верной".

Алексей КУЩ, экономист