17-12-2019

Мифы и реальность сотрудничества Украины и МВФ

Украина будет с кредитом. Раньше шла битва за урожай, сейчас идёт битва за транш.

В ходе беседы президента Украины Владимира Зеленского с директором-распорядителем Международного валютного фонда Кристалиной Георгиевой была достигнута предварительная договоренность о подписании новой программы кредитования. Как сообщили пиарщики президента: "Руководитель МВФ высоко оценила экономические достижения новой власти и прогресс во внедрении реформ правительством под руководством премьер-министра Алексея Гончарука. По результатам беседы стороны отметили, что Украина и Международный валютный фонд достигли договоренности (Staff Level Agreement) о новой программе сотрудничества".

И если с нормандским коммюнике случился казус, вызванный "трудностями перевода", то в данном сообщении явный дефицит смыслов.

О каких реформах правительства Гончарука может идти речь, если оно управляет страной всего 100 дней? Не об отмене справок в бассейн, право слово, идёт речь. Результаты за три месяца не смог бы показать даже отец "рейганомики" Артур Лаффер…

Хотя МВФ действительно должен быть доволен токсичностью наших реформ, заточенных на аккумулирование финансового ресурса страны под пиковые выплаты кредиторам, ведь сам фонд – это квинтэссенция философии по укатыванию должника в бетон и запуску ликвидационных комиссий в масштабах целых стран.

Корейцы это вовремя поняли в отличие от нас. Ресурс в пользу кредиторов будет аккумулироваться нынешним правительством с помощью распродажи наиболее ликвидных активов государства, продажи земли и негативной трудовой реформы. Ни одно правительство в нашей истории так далеко не заходило за красные линии социальных интересов общества и национальной экономики в целом

В личном комментарии Зеленский отметил, что "…мы нашли полное понимание, и наш турборежим получил высокую оценку со стороны МВФ. Благодарен парламенту, правительству и всей нашей команде за неутомимую работу ради Украины. Новая программа сотрудничества с Международным валютным фондом имеет целью ускорить экономический рост, активно искоренять коррупцию и повысить благосостояние каждого украинца". Трудно вспомнить, чтобы в одном предложении было такое нагромождение логических ошибок и явных противоречий, а также отсутствие реального смысла.

Самая большая ложь последнего времени, превратившаяся в политический мем: программа сотрудничества с МВФ служит хорошим сигналом для инвесторов и стимулом вкладывать инвестиции в Украину. На самом деле сотрудничество с фондом – это колокольчик прокажённого, сигнал того, что к этой стране опасно приближаться, она инфицирована кризисом и надолго.

Это всё равно, что, лежа в реанимации, пытаться устроиться на работу лётчиком гражданской авиации. Самый большой приток прямых иностранных инвестиций в Украине наблюдался в 2002-2007 годах, когда наша страна не сотрудничала с МВФ, а вот начиная с 2014-го, когда отношения с фондом стали чуть ли не составной частью национальной идеи, ПИИ находятся на точке замерзания: не более 2, 3 млрд долл. в год. Вот для кого наше сотрудничество с МВФ действительно важно, так это для портфельных инвесторов, которых ещё называют финансовыми спекулянтами. Они вкладывают "горячие инвестиции" в украинские государственные долговые обязательства. Для них кредит МВФ, выделенный Украине, – верный признак того, что с ними рассчитаются.

Мало кто задумывался над одним простым фактом, о котором особо не принято распространяться: начиная с 1994 года мы не выполнили до конца ни одну программу сотрудничества с фоном, за исключением первой на 0,76 млрд долл., которая реализовывалась на этапе перехода к рыночной экономики от постсоветской плановой системы.

Вторая программа в 1995-1998 годах была реализована лишь на 54% по причине нарушения требований МВФ в части роста денежной массы и размера дефицита бюджета. В 1998-2002 годах примерно та же история – на этот раз скандал с манипуляцией данными НБУ касательно размера валютных резервов.

В 2002-2008 годах мы не сотрудничали с фондом и даже не воспользовались рабочим лимитом кредитования на 0,6 млрд долл. Зато кризис 2008-го был минимизирован благодаря кредитам МВФ: суммарно мы получили тогда 64% от кредитной линии в размере 16,5 млрд долл., то есть 10,6 млрд долл. (три транша). Причина приостановление программы – невыполнение обязательств перед фондом.

В этой программе часть кредитных траншей была зачислена напрямую в бюджет, а не в резервы НБУ. В 2010 году была подписана новая амбициозная программа на сумму 15,1 млрд долл., но процент её выполнения оказался ещё меньше – 22%. По сути, эта программа была призвана не дать Украине сорвать подготовительные мероприятия к Евро-2012.

В 2014-м МВФ подписал с нами экстренную программу кредитования "стэнд-бай", специфика которой заключена в предоставлении кредитов на пополнение резервов центрального банка страны в условиях структурного ухудшения платежного баланса. Программа была приостановлена по согласию сторон, так как в МВФ решили, что Украина после череды кризисов уже созрела для проведения системных реформ. Именно поэтому стороны решили, что вместо "стэнд-бай" новому формату сотрудничества больше подойдет программа расширенного финансирования EFF, которая кроме всего прочего позволяет выделять транши на пополнение государственного бюджета, но взамен предполагает более долгосрочный план сотрудничества (в то время как "стэнд-бай" - год-два), а также более глубокие системные реформы экономики страны-реципиента.

Новая программа составила 17,5 млрд долл., и Украина впервые получила четыре транша, хотя полученная сумма была меньше, чем в программе 2008 года: 8,7 млрд долл. И наконец в 2018 году на смену программе расширенного кредитования EFF вновь пришёл упрощенный формат - "стэнд-бай" или программа – "страховочный трос" на период пиковых выплат по внешнему государственному долгу.

До весны 2020-го Украина могла получить до 4 млрд долл., и первый транш был перечислен в конце 2018-го в размере 1,4 млрд долл. Ещё два транша по 1,3 млрд долл. наша страна могла получить в 2019 году, но второй транш, запланированный на май текущего года, поставили на паузу судебные решения по "ПриватБанку", принятые в интересах его бывших собственников в интервале между первым и вторым турами президентских выборов, то есть в апреле 2019-го, когда уже стало окончательно ясно, что Порошенко уходит с поста президента, а Зеленский приходит на оный.

Всего несколько решений судов стоили стране 2,6 млрд долл., которые пришлось замещать сверхдорогим частным фондированием для прохождения пиковых выплат по госдолгу в мае и сентябре. Суммарно на обслуживание такого "замещения" кредитов МВФ дорогими частными займами нам пришлось переплатить примерно 100 млн долл. в год.

Но проблема выплаты государственных долгов стоит перед Украиной так же остро и в следующем году. Для выполнение планов по заимствованиям придётся привлечь на внешнем рынке 4,9 млрд долл. и более 230 млрд грн – на внутреннем. Выплатить кредиторам необходимо 282 млрд грн в эквиваленте по телу кредита и 141,5 млрд грн в части обслуживания задолженности. Кредиты МВФ в большинстве случаев не зачисляются в бюджет и не могут быть использованы Минфином для погашения внешних долгов. Они попадают непосредственно в золото-валютные резервы НБУ и могут использоваться последним для проведения валютных интервенций, в частности для продажи валюты непосредственно Министерству финансов.

Для этого необходимо лишь наличие гривневых ресурсов на едином казначейском счету, но даже если денег в нужном объёме не будет, Нацбанк может пополнить ЕКС с помощью перечисления своей прибыли в бюджет или за счет квазифискального доминирования – выкупа ОВГЗ на баланс госбанков (ликвидность которых может быть усилена рефинансированием регулятора) либо покупки гособлигаций самим центральным банком. Таким образом, использование кредитов МВФ для погашение долгов носит опосредованный характер, но сама схемотехника трансформации ЗВР НБУ в ресурс на валютном казначейском счету Минфина достаточно проста.

На самом деле МВФ заинтересован в продолжении сотрудничества не менее, чем Украина. Причин этому несколько. После разговора Зеленского с главой МВФ Кристалиной Георгиевой, вырисовались контуры будущей программы. Это будет простенький "стэнд-бай" на три года на сумму 4 млрд SDR, или 5,5 млрд долл. При этом стоит отметить, что Украина должна фонду на данный момент 8,78 млрд долл., то есть на более чем три миллиарда больше, и отдать их нужно в ближайшие годы. Таким образом, даже после подписания новой программы сотрудничества с фондом сальдо финансового потока будет в пользу МВФ, и мы не только вернём полученное, но ещё и доплатим свои 3 млрд долл., плюс останемся должны по новой программе.

Кроме того, МВФ – это представитель внешних кредиторов, и он заинтересован, чтобы Украина отдавала долги до "последнего украинца". Просто сам фонд умеет держать паузу, как актриса из известного романа с красным платком на сцене театра.

В чём ключевая особенность нынешних переговоров? Дело в том, что, исходя из правительственной повестки дня, у нашей страны вообще не могло быть никаких проблем с получением новых кредитных траншей. В порыве десоциализировать и деиндустриализировать наш Кабмин "святее Папы Римского", то есть токсичнее самого МВФ: в программе правительства и земельная реформа с букетом системных рисков, и новый Трудовой кодекс, уничтожающий права наемного рабочего, и "рыночные" коммунальные тарифы, и распродажа государственного имущества за "условную гривну". О таком МВФ не мог бы даже и мечтать! Если бы не один фактор, который мешает дальнейшему движению, как телеграфный столб, упавший поперек дороги. Речь идёт о "ПриватБанке".

Ещё в сентябре со стороны украинских переговорщиков прозвучали робкие предложения относительно так называемого нулевого варианта, при котором национализация "ПриватБанка" признавалась бы незаконной с начислением компенсации в пользу бывших собственников, которую можно было "взаимозачесть" на сумму кредитной задолженности компаний, прямо или косвенно связанных с прежними бенефициарами банка. Естественно, МВФ не мог пойти на реализацию данного сценария, и более того, фактор доверия к новой власти был подорван, что и показали новые переговоры, на сей раз в Вашингтоне.

Недавняя информация о том, что по требованию МВФ в Украине будет принят закон, запрещающий возврат национализированных банков бывшим владельцам, показала, что точка компромисса уже "нащупана": банк остаётся в собственности у государства, но это не мешает признать сам факт национализации нарушившим права частных акционеров.

Кроме того, нельзя на законодательном уровне запретить и выплату компенсации. Вполне возможно, что МВФ удовлетворил следующий вариант: банк остаётся государственным, размер компенсации бывшим владельцам будет меньше кредитных обязательств их компаний, к примеру, на 0,5-1 млрд долл., и данная сумма будет выплачена государству, скажем, в течение 5-10 лет. Насколько этот вариант соответствует истине, покажут ближайшие события. А пока все участники переговоров благополучно перепрыгнули через условный "столб" и продолжили "взаимовыгодное" движение.

И не стоит забывать, что кредиты МВФ сейчас – это "финансовое" машинное масло, которое смазывает шестеренки силовой установки, продвигающей политические и экономические интересы США в глобальном мире. И если Трамп может с помощью твитов "запрещать" Мировому банку кредитовать Китай, то почему бы ему с помощью иных "мессенжеров" не предлагать МВФ кредитовать Украину. Но для выяснения данного вопроса следует читать расшифровки телефонного разговора не Зеленского с Георгиевой, а других членов команды президента, в частности с Джулиани.

В заключение хотелось бы вспомнить гипотезу "эквивалентности Риккардо - Барро": в долгосрочном временном периоде погашение займов возможно либо за счет сокращения дефицита с переходом в профицит, либо с благодаря динамичному экономическому росту. Третьего не дано.

Конечно, современная монетарная теория и отрицательные ставки внесли свои коррективы, и долговая политика в некоторых странах уже частично замещает бюджетно-налоговую, но в целом гипотеза продолжает действовать в отношении стран с высоким уровнем госдолга, сформированным в иностранной валюте, который не может быть обесценен за счёт инфляции или девальвации национальной денежной единицы. Учитывая специфику нашей задолженности (высокие ставки, временная "скученность", нагрузка на госбюджет), это как раз про Украину. То есть у нас остаётся либо путь социального секвестра бюджета, либо тотальная распродажа всех оставшихся активов, либо динамичный рост.

Но для последнего нужны инвестиции, в том числе государственные, а их не будет по причине того, что выплаты в пользу кредиторов заберут почти все. Не говоря уже о "гирях на ногах" в виде "бонусов за рост".

В ближайшие годы отрицательное сальдо торгового баланса в Украине увеличится до 15 млрд долл., поток трудовых трансфертов начнёт иссякать. Вывод капитала останется на прежнем высоком уровне. Единственный источник для покрытия дефицита платежного баланса в такой ситуации – новые кредиты. Но одалживают все страны. Просто для развитых экономик кредиты МВФ не нужны, для успешных развивающихся вредны. А для таких стран, как наша, которые так и не смогли приступить к созданию своей технологической зоны, вопрос кредитоваться в МВФ или нет – это уже не вопрос национального позора, а дилемма процентной ставки, которая на рынке значительно выше.

Именно поэтому эффективные государства с собственной национальной промышленной политикой кредитуются на рынке на своих условиях, а такие страны, как Украина, берут кредиты у МВФ на условиях "победителя"-кредитора. В таком формате программа сотрудничества с МВФ – это не план успеха для страны, а лишь дискурс о поиске очередной кредитной "кормовой базы".

В Украине уже сформировался целый политический класс "траншепоклонников" и "свидетелей меморандума", и при виде кредитов МВФ "слюна" выделяется у чиновников, как у "собаки Павлова" при мигающей лампочке. Одно дело "посылать" МВФ в телесериале, снятом для вхождения во власть, и совсем иное – вести с фондом равноправный и выгодный для страны диалог.

Алексей КУЩ, экономист