08-05-2018

Экономист: Если вам предложили субсидию - значит, будут грабить

Если принял игру, предложенную правительством, – ты проиграл, ведь в глазах чиновника "ты просто кукла", которой можно отныне вертеть направо и налево.

Экономика, если рассмотреть ее в неожиданном ракурсе и из пикантных мест, представляет собой сплошной "эффект бабочки". Тут кому-то сдачу в гастрономе недодали, а на другом конце света вспыхнула очередная "цветная" революция.

Вот казалось бы, какая взаимосвязь между нобелевским лауреатом по экономике Ричардом Талером и бабушкой, получающей субсидию где-нибудь в "Страхолесье"? На первый взгляд, никакой. Ричард Талер, американский экономист, может прекрасно объяснить в эпизоде фильма "Игра на понижение" феномен "удачливой руки" и поговорить о том, как важно после первых выигрышей в казино вовремя заканчивать, а слушающая его Селена Гомес даже возможно поймет часть из сказанного, но попав в "Страхолесье", великий экономист напрочь забудет о том, что такое "синтетические CDO". Да и баба Маня, которая в уме проводит достаточно сложные расчеты относительно социальной нормы расхода природного газа и максимальной суммы субсидии, вряд ли захочет применять свои математические навыки в одном из казино Лас-Вегаса.

Тем не менее, между двумя этими индивидами существует весьма прочная методологическая связь и называется она поведенческая экономика (бихевиористическая от behaviour - поведение) и теория игр.

С появлением экономической психологии экономика получила новый инструментарий для изучения – поведенческие модели индивидов, основанные на их иррациональных решениях и выборе. В этой связи Ричард Талер выдвинул несколько базовых факторов, искажающих рациональные прогнозные модели:

    Оптимизм (принятие желаемого за действительное). Мы моделируем будущее, исходя их того, каким мы хотим его видеть, а не каким оно, скорее всего, будет.

    Самонадеянность. Если попросить респондентов ответить лишь на те вопросы, ответы на которые они знают с уверенностью в 90%, то правильными окажутся лишь 70% ответов.

    Ложный консенсус – мы склонны думать, что другие индивидуумы – такие же, как мы и имеют сходное мышление.

Самое неприятное, что поведенческие модели нынче используются не только в стратегии развития бизнеса и продвижения новых продуктов к потребителю, но и активно инкорпорируются в систему государственной политики. Даже самые успешные страны Запада не поспевают за интенсивной социализацией общества, вследствие чего усиливается левацкий фланг и побеждают президенты – "простые парни". Что уже говорить об Украине, где властная верхушка идет совершенно в противоположном направлении, пытаясь десоциализировать общество, о социализации даже не заикаясь.

На этом месте любой неискушенный читатель вправе воскликнуть: "Простым языком можно объяснить?!" Можно. Объясняю. В Украине было несколько социализирующих "ферментов", которые делали из общества качественную закваску: доступная пенсионная система, медицина, образование и низкий уровень коммунальных тарифов. За последние годы реформ было принято решение удалить указанные выше ферменты из общественного бродильного процесса, мол народ скиснет и сам. Не беда, что вместо качественного "кефира" на выходе будет обычный сельский "кисляк", у государства нет более желания тратиться на дорогие ферменты.

Начали с коммунальных тарифов, которые были увеличены в разы. Социальный взрыв был успешно нейтрализован субсидиями: так, в бюджете на 2018-й год они заложены в размере 71 млрд грн. Уровень коммунальных тарифов в стране не соответствует ни одному разумному экономическому закону и определяется на взбесившемся калькуляторе поставщиков услуг с дальнейшим утверждением этого безумия в стенах государственного регулятора, члены которого все больше смахивают на неспавших дней десять участников процесса над салемскими ведьмами.

В связи с этим в стране была построена колоссальная коррупционная надстройка, которая ранее не могла появиться в принципе. Но появилась. Почти 50% домохозяйств Украины получают субсидии (8,2 млн) и в прошлом году число обратившихся за помощью увеличилось на 14,7%. И это несмотря на все россказни относительно роста заработной платы, пенсий и реальных доходов населения. При этом долг населения за потребленные коммунальные услуги продолжает расти и увеличился до 43 млрд грн.

Очевидно, что подобная система просто не может функционировать, что и подтверждается ее внутренней механикой. По сути, вместо денег в оборот были запущены "протоколы": облгазы рассчитываются ими с "Нафтогазом" за купленный газ, тот в свою очередь - со своей дочерней структурой "Укргаздобычей". Ну а та передает протоколы на миллиарды гривен Минфину в счет оплаты рентных платежей.

Понятно, что монетизировать эту субсидиарную схему невозможно. Государство просто не в состоянии обеспечить ритмичное движение субсидий по казначейским счетам на 71 млрд грн "живыми деньгами". Учитывая, что субсидии имеют сезонный характер, их монетизация в таком объеме приведет к существенным кассовым разрывам государственного бюджета.

Именно поэтому и была запущена поведенческая модель или разновидность теории игр, когда социальное напряжение было снято системой субсидий. На Западе дети играют в такую популярную игру как "Монополия", обучаясь навыкам заработать первый миллион, а у нас в ходу у взрослых теть и дядь игра "в субсидию", в которой население учится клянчить у чиновников, а те в свою очередь покупают себе политическое время и неограниченную власть над умами. Потребители молча приняли эту игру и здесь сработал ключевой фактор поведенческой экономики: плевать на того, у кого субсидии нет, главное, что есть у меня. Почти как у Талера: оптимизм – "субсидии будут всегда"; самонадеянность – "я обману государство, а не оно меня"; ложный консенсус – "государство не будет ничего менять, ведь таких, как я -миллионы".

Если принял игру, предложенную правительством, – ты проиграл, ведь в глазах чиновника "ты просто кукла", которой можно отныне вертеть направо и налево. Общество не смогло отказаться от поведенческой ловушки и миллионы безропотно пошли в нее, надеясь на свою "особенность". Хотя если бы власть натолкнулась на социальный протест – тарифы не были бы повышены столь сильно.

На данный момент чиновники хотят провести верификацию получателей субсидий и установить новую бритву Оккама для отсечения лишних. Социальная норма потребления природного газа будет сокращена до 4,5 м куб. А ведь стартовала эта норма в 2014-м году с 13,6 м куб.! То есть за последние четыре года применения на практике "теории игр в субсидию" социальная норма потребления газа уменьшилась в три раза. Субсидия подлежит отзыву, если у получателя имеется автомобиль "младше" пяти лет, квартира площадью более 120 м кв. и дом – более 200 м кв. Если человек не работает и не стоит на учете в центре занятости, ему автоматически "начислят" в целях определения уровня дохода 5,2 тыс. грн в месяц. По самым скромным подсчетам, реальные затраты "субсидированных" вырастут на 15-25% и от 20% до 30% получателей субсидий будут их лишены.

Но бесконечность - не предел! Для успешного старта обещанной программы монетизации субсидий государству необходимо сократить количество их получателей как минимум еще на 50%, то есть с 8,2 млн домохозяйств до 4 млн. Лишь в таком случае государственный бюджет сможет обеспечить движение "живых денег" по казначейским счетам в размере 30-35 млрд грн в год, при условии замораживания уровня задолженности по платежам.

А это значит, что вскоре появятся новые фильтры, например, поездки на отдых за границу, наличие земельного пая (и не важно, что он унаследован от бабушки и приносит доход в размере мешка сахара), ведение незарегистрированной предпринимательской деятельности (продал старую пластинку на olx – попрощайся с субсидией). Пока об этом никто не говорит, но будут. И в качестве образца для подражания будут приводить вездесущий опыт цивилизованных стран, где при расчете субсидий учитывают даже сумму полученных торговых скидок и наличие породистых собак.

Вот только на Западе субсидии – это действительно помощь бедным, и методы контроля направлены на то, чтобы государственной помощью не пользовалась часть среднего класса из нижней трети. А у нас субсидии – это соломинка, которая не дает половине населения умереть с голоду ("заплатил коммуналку – умер от недоедания").

Самое удивительное, что наша страна, имея достаточные запасы природного газа собственной добычи, вполне могла бы начать программу субсидирования именно по европейской модели, когда число субсидиантов составляет не более 10% от общей численности населения, а сами субсидии монетизируются и их получатели могут рассчитывать на часть экономии.

Для этого нужно было просто решить несложное уравнение, где в одной части средний доход домохозяйства и тот уровень платежей, которые можно направить на оплату коммунальных услуг (10-15%), а в другой – примерный расход газа или Гкал тепла на отопление усредненной квартиры. Решение этого уравнения показывает, что при расходе в среднем 1 Гкал тепла в месяц расчетная цена украинского газа должна составлять 3,4 тыс. грн за тыс. м куб. (с НДС) вместо нынешних 5-5,9 тыс. грн. То есть цену уже сейчас можно безболезненно снизить почти на 60%.

Напомню, что по данным Антимонопольного комитета, действующая методика расчета цены не различает импортный газ от украинского. Она определяется, исходя из ценовых параметров на хабе NCG (Германия), плюс затраты на транспортировку и тарифы на вход-выход на западной границе Украины. По данным АМКУ, привязка к импортному паритету привела к искусственному росту цены на украинский газ с 1590 грн за тыс. м куб. до 4,8 тыс. грн (внутри системы "Нафтогаз" – облгазы), то есть более чем в три раза.

Но для подобного снижения тарифов необходимо, чтобы общество само научилось навязывать чиновникам выгодные ему поведенческие модели. Но это уже "теория игр" из высшей лиги, где играют, например, профсоюзы Франции, Германии или США. У нас же пока символом профсоюзов является известное сгоревшее здание на Майдане в Киеве, стыдливо прикрытое гигантским плакатом с надписью: Freedom is our relegion…

Алексей Кущ, экономист